вторник, 16 октября 2012 г.

Пётр Чобитько: «Каллиграфия должна быть обязательным уроком в школе»

Организатор и руководитель первой в России школы каллиграфии рассказал «Общественному контролю», как письменность развивает мышление и исцеляет болезнь Паркинсона
По-русски мы нынче говорим и печатаем. Пишем – меньше. Красиво пишем и вовсе редко. Но хотя бы в День русского языка (его вчера отмечал весь мир вместе с днём рождения поэта Пушкина) вспомним о существовании искусства красивого письма – каллиграфии. Для этого «Общественный контроль» побывал в первой в России школе каллиграфии и пообщался с её руководителем Петром Чобитько.

Удар мелком по лбу пробуждает любовь к красивым буквам

На стенах в «Лермонтовке» – листы, покрытые извилистыми, причудливыми буквицами. Трудно поверить, что они не отпечатаны, а нарисованы от руки.
Пётр Петрович Чобитько, человек с белой бородой, добрыми глазами и бархатным голосом – основатель и руководитель Санкт-Петербургской школы каллиграфии, организатор каллиграфической выставки «Образ и буква» и мастер-классов в «Лермонтовке» – рассказывает о своей давней любви к этому искусству.
– Я родился в Киеве, – повествует он. – Когда мне было девять месяцев от роду, в доме случился пожар. Последствия были серьёзные: я стал заикаться. Долго восстанавливался. А потом знакомые моих родителей, из старой профессуры, посоветовали: дайте ему перо. И без всяких врачей и логопедов мой недостаток исчез.
После в школе у меня была учительница, Татьяна Ивановна. Она очень красиво писала заглавные буквы. Большие, на всю доску. Меня они совершенно заворожили. Как-то я на её уроке замечтался, глядя в окно. И она запустила мне мелком прямо в лоб! Оказывается, Татьяна Ивановна была ворошиловским стрелком. У неё и значок имелся. Вот этот мелок в лоб почему-то тоже послужил своего рода стимулом…
Но тогда любовь к каллиграфии у Петра Петровича оказалась недолгой – не закрепилась. Потом он учился в Киевском художественном институте и поехал отдохнуть в Таллин. Бродил по улочкам. Разглядывал на дверях простейшие объявления типа «перерыв». И поражался, насколько красиво они написаны. Захотел вернуться к тем усилиям, которые бросил в детстве. Перевёлся в Таллинский художественный институт и попал в руки блестящих учителей, которые передали свой опыт.
– Вот это была уже прививка на всю жизнь, – улыбается он. – Но я увлёкся тогда именно западной каллиграфией. А мой профессор Пауль Карлович Лухтейн говорил: «Не смотри на Европу, у вас, русских, такие богатства скрыты!». Потом я узнал, что он был эвакуирован в Палех во время войны. Изучал русское письмо, все технологии. Знал, как золотить буквицы. Составлял рукописные книги с древнерусским письмом. Это была вторая прививка. Он меня направил в сторону русской каллиграфии.

К красоте приобщаются, сидя за конторкой

Пётр Петрович верит в каллиграфию, как кто-нибудь другой верит в демократию или в научный прогресс. В его голосе слышится страсть, когда он рассказывает о каллиграфии. Он говорит о ней, как о самом прекрасном в человеке. Каллиграфия, по Петру Петровичу, воспитывает, лечит, укрепляет и возрождает.
– Я и вправду посылал письма в разные инстанции: в городское правительство, в администрацию президента, к министру образования, – рассказывает он. – Писал о том, что нужно ввести в школах каллиграфию. Дети вообще мало сейчас видят красоты на уроках. Эстетические предметы из школ уходят. А каллиграфия – это именно приобщение к красоте. Но пока не удаётся заинтересовать чиновников. Из министерства пришёл ответ: «Мы не против, а вот учителя в школах – против!». Они с ними разговаривали? Я-то знаю, что учителя страдают от того, что не всегда могут разобрать почерк детей. А когда вижу нынешние ужасные прописи, становится грустно.
В голосе Петра Петровича звучат трагические нотки, когда речь заходит о шариковых ручках.
– Учёный, который 30 лет изучал пагубное влияние шариковой ручки, пришёл к выводу: надо писать только тонким пером, – говорит Чобитько. – Это гармонизирует состояние человека. Положение позвоночника тоже влияет на активность мозга. Мы на занятиях в школе каллиграфии работаем иногда, сидя на коленях, как на Востоке. Но лучше всего, оказывается, работать за конторкой, как это делали в XIX веке. Мы даже заказали на мебельной фабрике партию конторок для школы. Они разошлись уже и по Петербургу, и за пределами его.

С годами вязь превратилась в каракули

Ещё Пётр I ввёл новые шрифты и уничтожил сложнейшую и красивейшую славянскую вязь, которая в XVII веке обогнала европейскую школу по виртуозности письма и по сложности связывания букв. А в Царскосельском лицее, рядом с которым теперь подумывают развернуть поле для гольфа, каллиграфию изучали 16-18 часов в неделю. Солидно. Без неё, может быть, не было бы Пушкина.
– Например, у византийцев вариантов связывания знаков было 40, – продолжает свой рассказ Пётр Чобитько. – На Руси их было 400-600. Вот чему сегодня нужно учиться дизайнерам! А полуустав, а скоропись, а размер букв! Самые миниатюрные знаки – размером 0,2 миллиметра. Это для наших предков была игра, игра высочайшего уровня. Когда я показывал эти образцы XVII века на международном конгрессе – там своим глазам не верили.
В общем, после Петра всё было не то, в урезанной форме. А уж после 1917 года умение красиво писать исчезло из списка школьных предметов как «буржуазная дисциплина». Сейчас такой профессии, как каллиграф, просто нет.

В Англии школу каллиграфии курирует принц Чарльз, в России – никто

Недавно в одной петербургской школе решили ввести каллиграфию по лицейской модели. Свободных часов у них не было. Но каждый предмет они начинали с каллиграфической разминки на 5-10 минут. И это дало колоссальные результаты. В основном в этой школе учились дети с различными отклонениями. Но через 5-6 лет проявилось благотворное влияние. У детей стали открываться различные таланты. Они стали рисовать, писать стихи, заниматься математикой. Некоторые даже поступали в лучшие вузы, получали иностранные гранты. У одной девочки была опухоль мозга. Томография показала, что всё нормализовалось. Она сейчас учится в Стокгольме в медицинском университете и помогает детям в хосписе.
– Люди держат ручку, как попало, тогда как классическое использование пишущего инструмента предполагает работу трёх пальцев, – объясняет наш собеседник. – Это активирует лобные доли мозга. То есть ум. Недаром древние исихасты Иоанн Лествичник, Феодор Студит рекомендовали настоятелям обязательно вводить в монастырях письмо как одну из форм молитвенного делания. Когда я поездил по миру – был в Тибете, в даосских монастырях, в Индии – мне стало любопытно, почему в любой конфессии рядом с молитвой стоит каллиграфия. Видимо, она влияет не только на интеллект, но и на душу. В Японии я был в одной из каллиграфических школ. Они писали иероглифы, я – русское письмо. Они посмотрели и говорят: «Теперь мы понимаем, почему нас так тянет к русским». Японцы тоже считают каллиграфию пятым видом боевого искусства, тем самым важным, что необходимо духу воина. А древние китайцы не зря говорили «Прежде чем изучать науку, ремёсла, искусства – надо создать фундамент с помощью каллиграфии», и Восток хранит эту традицию. Доктор Генри Као, профессор Гонконгского университета даже рекомендует каллиграфию для излечения чуть ли не всех заболеваний на земле, даже болезни Паркинсона.
Европа тоже сейчас преуспевает в сохранении каллиграфических традиций. В Лондоне в университете есть исследовательская лаборатория и отделение каллиграфии, причём его курирует сам принц Чарльз. Он даже предоставил университету часть своего дворца. В маленькой Финляндии имеется филиал этого университета. А у нас в России, по сути, нет ни одной школы каллиграфии, кроме петербургской и центров на Алтае, в Новосибирске, Барнауле, Ростове, Набережных Челнах и Перми, которые эта же школа и курирует.
На ватмане на выставке в «Лермонтовке» увлечённо пишут дети и взрослые. Девушки с Тайваня рисуют прекрасные иероглифы, которые рядом с русскими символами смотрятся на удивление органично. Осторожно, тремя пальцами, как велено, берём кисть. Что бы написать? В голове крутится только князь-мышкинское: «Смиренный игумен Пафнутий руку приложил…».

четверг, 11 октября 2012 г.

Каллиграфия. Забытая и возрождённая


Большинство людей сегодня воспринимают каллиграфию исключительно как один из видов изобразительного искусства. Кто-то считает его старинным, кто-то даже устаревшим. По крайней мере, не слишком популярным направлением в современной культуре. О том, что же такое каллиграфия и насколько она актуальна для современного общества, рассказал преподаватель Института им. Репина, член Союза художников России Пётр Чобитько.
 На Востоке, в Японии и Китае, каллиграфия сегодня преподаётся в школе наравне с рисованием. А раньше среди самураев она сравнивалась с пятым видом боевого искусства. Существует даже такое выражение: «Гармония пера и меча» (бунбу итти). На японских каллиграфических свитках часто можно увидеть эти слова. Перо и меч многие века составляли основу жизни японской знати. Вообще, японская каллиграфия – одна из практик дзен, такая же, как искусство икебаны, фехтования на мечах (кендо), чайная церемония (чадо) и боевые искусства (будо). 
 Тем не менее, ошибается тот, кто считает каллиграфию искусством в большей степени восточных стран. Конечно, определенные предпосылки для этого существуют. Например, пиктографическая письменность как основа иероглифов предполагала отображение содержания сообщения в виде рисунка. То есть фиксировалась не сама речь, в отличие от линеарного письма, знаки которого не имели сходства с рисуночным оригиналом.
 Другая предпосылка связана с Кораном, запрещающим художнику изображать окружающий мир. Вследствие этого мусульмане воплощают свои художественные образы через письмо, создавая тем самым из текстов арабской вязи настоящие произведения искусства. 

 Но в дореволюционной России каллиграфии уделялось ничуть не меньшее внимание. В лицеях, церковно-приходских школах и других образовательных учреждениях каллиграфия была одним из основных предметов. После революции этот вид искусства и предмет стал считаться буржуазным и фактически исчез из школьной программы. Его заменили обычным чистописанием. А в 1968 году и вовсе отказались от металлического пера.

 Вместо него ввели шариковую ручку. Эти нововведения окончательно разрушили остатки традиций и культуры письма, с трудом сохранившиеся после 1917 года, а также привели современное общество к тотальной дисграфии.

 Известный эстонский мастер и педагог Пауль Лихтейн ещё в 1970 году предупреждал о последствиях использования шариковой ручки и о влиянии её на культуру всего общества. По его мнению, и в букве и в письме была заложена великая воспитательная сила, приемы письма оттачивались столетиями. И всего несколько десятилетий потребовалось на то, чтобы разрушить накопленный опыт и традиции. 

Каллиграфия на службе бизнеса

 В 80-х годах крупнейшая японская компания, занимающаяся выпуском бытовой и профессиональной электроники, – начиная переходить к нанотехнологиям, провела во многих странах любопытный эксперимент. Искали, какие методики можно использовать в данном регионе и в данной культуре для подготовки специалистов будущего в разных направлениях. Программа длилась долго. Её финансировали более 10 лет. Когда собрали данные, организаторы эксперимента были потрясены. Всем требованиям в наибольшей мере отвечала каллиграфия. Поэтому компания рекомендовала ввести каллиграфию с 1-го по 11-й класс во всех школах и вузах, независимо от специализации образовательного учреждения. Чтобы сформировать те самые качества, необходимые будущим специалистам в области инновационных технологий.

 Вот ещё один интересный факт из современной японской жизни. Многие крупные фирмы Японии приглашают в обеденный перерыв учителей (сенсеев), которые занимаются с сотрудниками каллиграфией по полчаса в день. Руководители компаний считают это весьма недешёвое занятие полезным не только для здоровья, но и для развития творческого потенциала специалистов. И ведь никто не сможет поспорить с тем, что японцы – самая работоспособная нация, к тому же самая продвинутая и креативная в области инновационных разработок. Безусловно, здесь заслуга не только каллиграфии. Но совершенно очевидно, что это – следствие бережного отношения японцев к своей истории, традициям и корням, духовному и физическому здоровью нации. 

Здоровье на кончике пера

 Недавние исследования Британской ассоциации хирургов, связанные с оценкой здоровья современных школьников в Англии, констатировали неутешительные результаты. Ребенок сегодня подвержен риску болей в спине и суставах больше, чем когда бы то ни было, а каждый третий обследуемый пациент испытывает боли в спине с самого детства.

 По данным одной из лучших английских школ, из 222 детей, которые идут в 1-й класс, нормальная осанка и здоровый позвоночник через год остаются только у пяти детей. Сам собой напрашивается вопрос: если к таким выводам приходят на основании исследований в лучших западных образовательных учреждениях, что же происходит со здоровьем детей в российских школах за время учебного процесса? Учитывая сегодняшнюю тенденцию в области образования и сфере интересов самих родителей – начинать обучение детей как можно раньше, не с семи лет, а с шести или даже пяти, нетрудно предположить, в каком состоянии они приходят еще только в 1-й класс.

 Для полноты картины можно вспомнить о мебели, использующейся в процессе обучения и часто не предусматривающей профилактику таких заболеваний, как сутулость и сколиоз. Не забыть про объём предметов, кружков и секций, которыми стараются нагрузить своих чад заботливые мамы и папы. Учесть то количество времени, что современный ребенок проводит перед экранами телевизоров и компьютеров. В конце концов, просто взвесить школьные портфели. И задуматься, что будет с этими детьми через некоторое время.

 По статистике, уже 90% детей идут в 1-й класс с проблемами позвоночника и 20% – с психическими нарушениями. А ведь истина о том, что позвоночник человека – его основа, известна на протяжении многих тысячелетий. Древние китайские мудрецы называли его магистральным путем жизненной энергии, на котором держится весь организм. Причем не только физика, но и психика. Конечно, в современном мире невозможно обойтись без серьёзной подготовительной базы и качественного образования. Но изменить подход к образованию вполне возможно.

 Наряду с развитием и применением новых методик усвоения знаний, таких, например, как игровые формы обучения, имеет смысл обратиться и к истории. К опыту наших предков, многие из которых, кстати, обладали более глубокими знаниями, чем современные поколения, и гораздо больше времени проводили за партой. Притом обладали идеальной осанкой и здоровым позвоночником. Каллиграфия имеет к этому самое непосредственное отношение. К тому же данный вид искусства оказывает серьёзное влияние не только на позвоночник, но и на психофизическое здоровье человека в целом.

 Для сравнения: в современной российской школе на такой предмет, как правописание, выделяется один час в неделю, а во времена Императорского Царскосельского лицея Александр Сергеевич Пушкин занимался каллиграфией 18 часов в неделю.

 Известный врач, педагог-новатор, руководитель научно-внедренческой лаборатории, доктор наук Владимир Филиппович Базарный многие годы исследует влияние на психическое и физическое здоровье детей безотрывного письма шариковой ручкой, сравнивая его с импульсно-нажимным письмом перьевой ручкой. 



Так работает перо

 По его мнению, между этими двумя способами имеется коренное отличие в так называемых основах психомоторной механики. В частности, в процессе письма перьевой ручкой ребенок постепенно вырабатывает моторный автоматизм, сообразный природе его эндогенных биоритмов: чередования усилий (нажимов) и расслаблений (отрывов). При письме же шариковой ручкой, то есть при безотрывном письме, усилию придан режим постоянной мышечной напряженности, угнетающий и разрушающий ритмическую основу в организации непроизвольной моторики. 

Китайские же специалисты раскрывают эту тему в еще более неожиданном ракурсе. В своей статье «Каллиграфия и здоровье» доцент Пекинского института графической коммуникации Юань Пу рассказывает о влиянии каллиграфии на мозговую активность в целом и даже на продолжительность жизни.

 Считается, что из всех видов произвольных действий акт письма – наиболее сложный и трудоемкий. Положение пальцев, ладони и запястья для правильного обхвата пера, правильное положение запястья и руки в воздухе при письме, движения пером, – все это не только тренирует мышцы рук и нервы, но и затрагивает все части тела: пальцы, плечи, спину и ноги. Каллиграфические упражнения по своей сути напоминают гимнастику цигун, которая «изменяет телосложение, двигает суставы». Этот процесс влияет на психическое и физическое здоровье, развивает тончайшие мышцы рук, стимулирует работу мозга и воображение.

 Процесс письма также восстанавливает дыхание. Каллиграфия заставляет правую мозговую долю чувствовать правильность линий, структуру симметрии, ритм и темп, развивает внимательность, наблюдательность и воображение. Юань Пу пришел к выводу, что студенты, которые изучают каллиграфию, гораздо быстрее остальных воспринимают и запоминают информацию. А то, что каллиграфия продлевает жизнь, – научно доказанный факт. Современный каллиграф Су Цзусиань прожил 110 лет, Дон Шупин жил до 94 лет. Создатель шрифта Ци Гун, современный каллиграф, бывший член Китайской ассоциации каллиграфов, прожил 95 лет.




 Другой китайский специалист, профессор Генри Као, делает ещё более смелые выводы на основе проведенных исследований: практически нет таких болезней, которые нельзя было бы вылечить каллиграфией. Результаты показывают, что пациент, практикующий занятия каллиграфическим письмом, испытывает расслабление и эмоциональное спокойствие, выражающиеся в равномерном дыхании, замедлении пульса, снижении кровяного давления и уменьшении мускульного напряжения. Улучшаются ответная реакция, способность к дифференциации и определению фигур, а также способность к ориентации в пространстве.

 Практические и клинические исследования показали положительное влияние лечения каллиграфическим письмом при поведенческих расстройствах пациентов, страдающих аутизмом, синдромом нарушенного внимания, дефицита внимания и гиперактивностью. Более того, развивалась способность к логическому мышлению, рассуждению у детей с небольшой умственной отсталостью; также укреплялась память, улучшались концентрация, ориентация в пространстве и координация движений у пациентов с болезнью Альцгеймера. В то же время методика была успешно применена к больным с психосоматическими расстройствами при гипертонии и диабете и таких психических заболеваниях, как шизофрения, депрессия и неврозы: у них улучшался эмоциональный фон.

 Итак, современное исследование каллиграфического письма было клинически апробировано и обозначило альтернативный подход к лечению. Дальнейшие исследования установили значительное повышение скорости реакции в обоих полушариях мозга при занятиях каллиграфией, причём уменьшение времени реакции в правом полушарии наиболее ярко выражено у опытных каллиграфов, нежели у новичков. Результаты ещё одной серии экспериментов показали, что каллиграфическое письмо положительно влияет на зрительное внимание, скорость пространственного восприятия, абстрактное мышление; как следствие всего вышеперечисленного, улучшается кратковременная и образная память.

 Школа каллиграфии

 Но не только на Востоке и в Европе изучают влияние каллиграфии на здоровье. О её воздействии на человеческий организм уже давно знают и отечественные специалисты.

 В течение 15 лет в Петербурге работала школа каллиграфии, созданная группой энтузиастов для детей с отклонениями в умственном развитии. Образовательный процесс в ней основывался на русских методических материалах XIX века. Основной принцип этого процесса заключался в следующем: прежде чем заниматься науками, искусством и ремеслами, необходимо с помощью каллиграфии заложить крепкий фундамент – основу, состоящую из трёх важных элементов: терпения, умения работать и волевого импульса.

 Ученикам запрещалось с 1-го по 11-й класс пользоваться шариковой ручкой. Любой урок начинался с 15 минут занятий каллиграфией.

 Результат был очевиден уже к 7–8-му классу. Специалисты, глядя на письменные работы учеников, не верили, что так могли писать дети, к тому же с психическими и физическими отклонениями, настолько красивой, четкой и упорядоченной была форма письма. У этих детей раскрывались способности к математике, поэзии и искусству. После окончания школы многие из них поступали в лучшие вузы Петербурга, получали гранты на обучение за границей. Некоторым ребятам в итоге снимали инвалидность. Проблема заключалась в том, что родители большинства таких детей не имели возможности платить за обучение. Спонсорской помощи не хватало даже на зарплату учителям, о государственной поддержке подобного эксперимента не шло и речи, поэтому школа просуществовала только 15 лет и была закрыта.




 К сожалению, в нашей стране и сегодня в сознании большинства людей каллиграфия остаётся пока лишь частью исторического прошлого. Как и многие другие традиции, она оказалась неоправданно забытой. Тем не менее, находятся люди, которые не дают ей умереть окончательно и пытаются возродить каллиграфию: в первую очередь – как вид искусства, а во вторую – как необходимую основу образования, причем важную не только для детей, но и для взрослых. Стоить отметить, что этим людям за последние пять лет удалось совершить серьёзный прорыв.

 В 2005 году при Санкт-Петербургской государственной художественно-промышленной академии им. Штиглица мною была основана школа каллиграфии. Сегодня в ней открыто несколько детских и взрослых групп. Это событие привлекло внимание московского Международного выставочного холдинга, и осенью 2008 года началась совместная разработка нового для России международного проекта – «Каллиграфия в России». В этом же году в Петербургской академии художеств состоялась первая международная выставка каллиграфии. А Москва и Новгород подхватили эстафету в следующие два года. Участниками выставки стали известные мэтры каллиграфии из России, Европы, Азии и Америки. Проект «Международная выставка каллиграфии» получил одобрение и высокую оценку представителей медицинской элиты России. В НИИ психоневрологии им. Бехтерева состоялась встреча между командой проекта во главе с Алексеем Шабуровым и директором института, президентом Всемирной ассоциации динамической психиатрии Николаем Незнановым. Это событие лишний раз продемонстрировало многогранность реализуемого проекта и придало миссии формирования красивого и здорового общества дополнительный смысл.




 По словам доктора биологических наук и кандидата медицинских наук Валерия Слёзина, выявление физиологических закономерностей, связанных с изучением и освоением каллиграфии, – уникальное направление, где можно прийти к неожиданным и серьёзным результатам. Остается надеяться, что общими стараниями удастся привлечь внимание общества к проблеме и возродить ещё не одну историческую традицию. Ведь не зная своего прошлого, как говорится, невозможно построить будущее.

 Пока же будущее это весьма неопределенно. Художники дают каллиграфии разнообразные поэтичные сравнения и определения. Одни видят в искусно прописанных буквах застывшую музыку и её ритм, другие – пластику танца. Кто-то называет каллиграфию кардиограммой времени. Показания этой кардиограммы когда-то свидетельствовали о здоровом сердечном ритме эпохи. Сегодняшние сбивчивые линии и неритмичные амплитуды фиксируют скорее тяжелую стадию болезни. Записала Анна Лекарева BUSINESS PARTNER №8 2010 







Перо против стресса

Газета «Славянка» (23/747)

Современные дети начинают печатать на компьютере раньше, чем писать, тем удивительнее, что именно сегодня оказалось востребованным обучение… каллиграфии. 
Зачем она школьникам и взрослым, что представляет собой – искусство красивого письма или нечто большое, рассказывает Пётр Чобитько, преподаватель Государственного художественного института имени И.Е. Репина, член Союза художников России, президент Национального союза каллиграфов.
– Пётр Петрович, когда слышишь слово «каллиграфия», представляешь что-то из восточного искусства..
– Действительно, это занятие было в большой чести на Востоке. Каллиграфию называли пятым видом боевого искусства, поскольку она требует и вырабатывает точность движений, умение сосредоточиться, способствует психологической устойчивости.
– тем не менее это искусство прошлого, и сейчас его ценность скорее культурно-историческая…
– У каллиграфии большая практическая ценность. Во-первых, она способствует расслаблению. 15 минут занятий, полного погружения в процесс – и никаких стрессов. Во-вторых, она активизирует и заставляет гармонично работать оба полушария, потому что соединяет и творчество, и логику. В-третьих, она учит контролю над собой, оказывает упорядочивающее воздействие на мысли, чего очень не хватает не только современным детям, но и многимвзрослым.
В-четвертых, она прививает вкус к красоте. Есть еще в-пятых, в-шестых…
– а ваши ученики c какой целью приходят?
– Недавно принял ученика… 85 лет. Спрашиваю: «А зачем вам?» Говорит: «Хочу навести порядок в мозгах». Очень хороший ответ! Отдельный вопрос – обучение детей. Сейчас у детей формируется клиповое сознание, они не умеют концентрироваться, формулировать мысли, их речь похожа на отрывистые крики животных! Занятия каллиграфией этот негатив нейтрализуют. Был случай: ко мне пришла учительница, говорит: «Хочу посмотреть, что тут у вас происходит!» Оказывается, она несколько лет билась с учеником, разболтанным лентяем, не знала, что уже придумать, а тут он вдруг стал собраннее, посыпались четверки… А это он занимался каллиграфией всего полтора месяца!
– я знаю, что вы не одобряете шариковые ручки…
– Это не личная неприязнь, солидные ученые исследовали влияние этих инструментов на развитие, ребёнка, на мозг, и выяснили, что ручки опасны! Один ученик первого класса мне сказал: «Вот я беру ручку, и у меня уже через двадцать
минут шея болит от напряжения и голова…» Перо мы держим так, чтобы рука не напрягалась, – это первое, что показывают на занятиях. Владимир Базарный, доктор медицинских наук, больше 30 лет изучал воздействие шариковой ручки на здоровье ребенка. И он пришел к выводу, что максимум, что можно позволить – пять минут в начале, три минуты в середине и пять минут в конце урока, больше – опасно для здоровья и психики.
– но подрастающее поколение, похоже, попрощается и с шариковыми ручками, это хорошо?
– Это не хорошо. Вся история развития человека так построена, что мы, оперируя тремя пальцами (большим, указательным и средним), задействуем лобные доли, с которыми они связаны, то есть происходит активизация процессов мышления. Американцы проводили такой эксперимент: замерили активность лобных долей, когда человек пишет пером и когда работает на планшетнике с системой тачскрин (то есть управляет процессами пальцем). В последнем случае мозг «гас», а при работе пером – просто взрывался активностью! Ученые сейчас думают, как вернуть в школу письмо пером.
Светлана Хаматова

вторник, 11 сентября 2012 г.

Блокноты и ручки

Изготавливая блокноты, всякий раз сталкиваюсь с делемой внедрения ручки или карандаша в конструкцию блокнота. 
Какие только методы не были использованы! 
И вот, компания Bobino пришла нам на помощь, создав ультратонкую ручку slim pen. 
Разные варианты цветов корпуса ручки Bobino Slim Pen

четверг, 9 августа 2012 г.

Бабочковый блокнот

Блокнот бамбук

Блокноты гребешки

Блокноты мини

Два блокнота на пружине

вторник, 14 февраля 2012 г.

SENTENTIA

Вы только посмотрите какую уникальную красоту я нашла в сообществе творческого выдоха

Вся книга на латыни, называется SENTENTIA. В книге 2 главы: EXTRA (снаружи) и INTRA (внутри) и в каждой главе по 8 разворотов, с соответствующим смыслом каждого и порядком расположения между собой.



воскресенье, 22 января 2012 г.

Блокноты в подарок

Вы не забыли , что сегодня наступает настоящий новый год Дракона?
Я нет :0)
И для этого случая сделала блокноты (формата А5) в подарок друзьям на новый год.
Обложка мягкая из перламутрово-синего переплётного материала.

вторник, 3 января 2012 г.

Самопальный смэшбук

Задолго до нового года сделала смэш-бук, но фотографии сего творения выкладываю только сейчас :0)